Сказала знать его народа которая превозносилась: «Мы изгоним тебя, о Шу’айб, и тех, которые уверовали с тобой, из нашего города1 если вы2 не вернетесь к нашему учению». 3 Он сказал: «Даже если мы имеем к нему отвращение?
- Мягкие, убедительные аргументы Шу’айба (мир ему!) натолкнулись на ожесточенные сердца. «Выкиньте его вместе с другими вон!» Когда вежливость и просьба быть терпимыми противостоят усердствующей тупости, для логики места не остается. У тупости и неискренности свои методы изображения терпимости. Тогда говорят: «Нет, мы терпимы и терпеливы. Но мы защищаем свою страну и свою веру. Вернитесь на путь наших предков, тогда мы вас великодушно простим!» «Путь наших предков» — это угнетение, несправедливость, высокомерие к бедным и слабым, обман под личиной религии и так далее. Благочестивые были, наверное, бедными и слабыми. Хорош ли такой «путь» для них? В этом предложении была, наверное, попытка подкупа и угроза одновременно: «Если ты вернешься и не будешь слишком требовательным, мы дадим тебе немного крох от своего достатка. А если нет — то с тобой все кончено!» (Йосуф ‘Али) [↩]
- Ты и они (Дарйабади). [↩]
- Это не значит, что Шу’айб (мир ему!) следовал прежде их религии, потому что пророк никогда в жизни не может быть идолопоклонником. Но когда он стал звать своих соплеменников к истинной вере, они сочли, что он отпал от их религии (Дарйабади).
Сила веры не знает ни промедления, ни сомнений. Шу’айб (мир ему!) остался на позиции, с которой не мог сделать ни шагу назад. Эта позиция была мирная жизнь со своим народом при условии, что каждый верует как хочет. Но посланник Аллаха не может перед лицом угроз изменить свою позицию, иначе это было бы предательством того права, которое он представляет. И он остался тверд и выбрал изгнание Вместо того чтобы принять их предложение, он обратился к своему Аллаху, его Прибежищу и Защитнику, и просил Его о помощи и поддержке (Кутб). [↩]